> >
20
Апр

Российский зерновой экспорт по масштабам уже сопоставим с оборонпромом. Государство желает не только развивать и регулировать рынок зерна, но и стать на нем крупным игроком

Отечественный рынок зерна оказался в центре внимания крупных чиновников. По инициативе президента Дмитрия Медведева в июне в Петербурге состоится Всемирный зерновой форум. 24 марта глава страны подписал указ о создании Объединенной зерновой компании (ОЗК), в состав которой войдут все профильные госактивы, а в перспективе — и частные предприятия отрасли. Глава Минсельхозпрода Елена Скрынник объявила, что в нынешнем сезоне страна собирается повторить прошлогодний рекорд экспорта. На прошлой неделе чиновники впервые заранее объявили цены (к радости аграриев, высокие) закупочных интервенций на будущий сезон и сообщили, что на эти цели из бюджета уже выделено 20 млрд рублей.

Власти явно ставят на зерновой бизнес. С чего бы это?

 

 

Нефть падает — зерно растет

Зерновое направление АПК уже превратилось из головной боли советских времен в крупный источник доходов. Прошлогодний урожай, почти 110 млн тонн, оказался максимальным за последние 18 лет. Россия вышла на третье место в мире по экспорту пшеницы: поставки зерновых и муки по итогам сельхозсезона 2008/09 года составят почти 20 млн тонн,



или около 5 млрд долларов, что тоже рекорд — в стоимостном выражении. Последняя цифра уже сопоставима с такими крупными внешнеторговыми операциями страны, как экспорт леса и пиломатериалов (7,3 млрд долларов в 2008 году), вооружений (8 млрд долларов) или цветных металлов (16,3 млрд долларов).

Впрочем, зерновой экспорт мог бы оказаться еще более внушительным. В первой половине прошлого года действовали запретительные 30–40−процентные экспортные пошлины. Огромные объемы излишков (переходящие запасы достигли 13 млн тонн) не попали на внешние рынки из-за известных инфраструктурных сложностей — нехватки подвижного состава, мощностей зерновых терминалов, элеваторов. Другая проблема: российские производители, основная масса которых пользуется не самым лучшим посевным материалом и не приспособленными под длительное хранение зерна элеваторами, экспортировала в основном фуражное, читай низкокачественное и дешевое, зерно.

Из-за финансового кризиса цены и объемы поставок из России по главным сырьевым позициям в этом году сильно снизятся (по металлам, возможно, в разы), а вот масштабы зернового экспорта в перспективе могут заметно увеличиться. Спрос на продовольствие постоянно растет. Страна, обладающая крупнейшим пахотным клином по сбору зерновых, вышла на показатели лучших советских лет и, судя по всему, готова их превзойти. Местами уже начался процесс возвращения в оборот заброшенных земель, постепенно растет урожайность.

Власти осознали масштаб конкурентного преимущества, лежащего в буквальном смысле слова под ногами. Но государство теперь желает не просто решать проблемы зернового хозяйства и толкать его вперед, а стать заметным участником перспективного бизнеса. Главным инструментом этого участия окажется новорожденная ОАО «Объединенная зерновая компания», создание которой, по нашей информации, курирует вице-премьер Виктор Зубков.

Зерновой спрут

Президентским указом в капитал ОАО включены около трех десятков хлебокомбинатов и элеваторов, акции которых контролируются государством. Компании предписано заниматься «развитием элеваторных мощностей, транспортной и портовой инфраструктуры внутреннего рынка зерна, а также увеличением экспортного зернового потенциала». Крупнейшие зерновые трейдеры сейчас контролируют примерно по 10% экспорта, и ОЗК в их число точно войдет, считают участники рынка. «С учетом собственных мощностей и сложившейся в зерновом сегменте ситуации госструктура может установить контроль над пятой частью всех поставок», — говорит заместитель директора Института экономики сельского хозяйства Анатолий Алтухов. Но реальное влияние госкомпании будет намного больше.

Как заявила на днях Елена Скрынник, российские власти собираются «расширить поставки зерна по линии гуманитарной помощи и связанным кредитам». Наверняка ОЗК станет каналом реализации проектов по избавлению от принадлежащего государству зерна (сейчас эти запасы составляют около 6 млн тонн). Но это не самое главное. Объединенная компания создается на базе ОАО «Агентство по развитию продовольственного рынка» (АПР), которое на государственные деньги осуществляет интервенционные закупки зерна внутри страны и является здесь крупнейшим игроком. Так что ОЗК, скорее всего, унаследует и эту важную роль. Более того, у этой структуры есть возможность быстро занять на рынке доминирующие позиции: в открытое акционерное общество предложено вступать и частным компаниям, государство готово уменьшить свою долю до контрольного или даже до блокирующего пакета. Желающие уже есть. «К созданию ОЗК относимся положительно, наши специалисты принимали участие в разработке этой идеи, — отметил председатель совета директоров Группы компаний САХО, занимающейся производством, переработкой и продажами зерна, Павел Скурихин. — Интерес к участию в акционерном капитале компании у нас есть, условия вхождения станут понятны, когда завершится процесс создания этой структуры».

Если состоится хотя бы пара таких присоединений, ОЗК получит возможность влиять и на мировой рынок зерна.

Регулировать, чтобы зарабатывать

Хорошо уже то, что власти видят и хотят ликвидировать ворох отраслевых проблем. Как отмечает Анатолий Алтухов, в настоящее время функции по управлению зерновым хозяйством разбросаны по ряду министерств и ведомств (Минсельхозпрод, Минфин и так далее), частью вопросов вовсе никто не занимается. Концентрация ресурсов в ОЗК, по его мнению, позволит упорядочить и сделать более оперативной работу по развитию зернового рынка; с созданием объединенной компании будет удобнее вырабатывать механизмы координирования и стимулирования экспортной торговли, развития инфраструктуры, науки, семенной базы, корректировки отраслевых регламентов. «Работая с государством в рамках связанных кредитов и гуманитарной помощи, трейдеры смогут занять новые ниши на рынке зерна, — отмечает Павел Скурихин. — Зерновая торговля тесно увязана с политическими договоренностями и межгосударственным сотрудничеством. Участие ОЗК в торговых операциях может открыть для российской продукции рынки Венесуэлы, Кубы и других стран-партнеров, а также крупных импортеров — Египта, Индии, Пакистана, Бангладеш. Наконец, частно-государственное партнерство необходимо для реализации проектов по строительству зерновых терминалов. Срок их окупаемости велик и критически связан с тарифной политикой железнодорожников».

Однако у многих создание новой структуры вызывает опасения. Зерновые трейдеры теряются в догадках, каковы будут границы полномочий ОЗК и механизм ее взаимодействия с частным бизнесом. Формирование компании должно быть завершено в течение девяти месяцев, но стратегия ее развития пока не представлена. Наш соответствующий запрос в родительскую для ОЗК структуру — АПР — был оставлен без ответа.

Самый страшный сценарий опрошенным отраслевым экспертам видится таким: государство станет силой загонять частников в объединенную структуру и замутит в ее лице очередную монополию, которая принесет участникам конкурентного рынка один вред. В крайних проявлениях этот кошмар малореалистичен, но и без него ОЗК выглядит не самой удачной формой влияния государства на отрасль.

Экономический смысл присоединения к новой компании частных предприятий не ясен. «Включенные в ОЗК активы слишком разношерстны и разбросаны географически, значительная их часть в очень плохом состоянии, — отмечает гендиректор зернового предприятия “Разгуляй” Тимур Бутов. — Лучшие активы в такую неструктурированную компанию частникам отдавать невыгодно, а худшие не нужны ей самой». Залог успешности инициативы властей — четкая регламентация и максимальная прозрачность всех механизмов, организация обратной связи с другими участниками зернового рынка, уверен Бутов. Но сколь прозрачной ни сделают ОЗК, она обречена на конфликт интересов. ОАО одновременно должно выступать и в качестве механизма господдержки отрасли, и в качестве коммерческой компании, озабоченной максимизацией прибыли и развитием собственных активов. Если вспомнить о возможном вхождении в ее структуру отдельных частных компаний, вопросов становится еще больше. «В мировой практике есть примеры прямого или косвенного участия государства во внешнеторговых операциях: ассоциации кооперативов, объединяющие под патронажем государства всех фермеров (Канада, Австралия, где эта модель недавно развалилась в силу неэффективности и коррупционности), либо государственная монополия внешней торговли на ряд товаров (Китай), — отмечает гендиректор Института конъюнктуры аграрного рынка Дмитрий Рылько. — Но наиболее подходящая для нас — модель либерализованных рынков, когда государство ограничивается косвенными формами воздействия, концентрируется на создании инвестиционных, правовых, инфраструктурных и иных условий для бизнеса, но в нем само не участвует. А такого примера, когда одни частные игроки зернового рынка для государства оказываются “более своими”, чем другие, я не знаю».

Источник : http://www.expert.ru

Добавить Коментарий


Русские агитационные плакаты